Ее ошибка - Лена Бонд Страница 52

Подхожу к нужному дому практически на другом конце города. Серая панельная пятиэтажка. Третий подъезд. Я стою перед домофоном, борясь с паникой и успокаивая себя.

Давай, Аня. Ты пришла сюда не для того, чтобы струсить в последний момент.

Нажимаю номер квартиры «53», пока сердце бешено колотится в груди. Через несколько секунд слышу характерный звук открывающейся двери. Лифта нет, поднимаюсь пешком на четвертый этаж, ноги едва слушаются меня, насколько сильно я волнуюсь, но назад дороги нет. Глубоко вдыхаю и нажимаю на круглую кнопку звонка, и через несколько секунд дверь открывает мужчина средних лет с уставшим лицом и практически седой головой. В нем угадываются черты Руслана – те же карие глаза, та же маленькая ямочка на подбородке.

— Здравствуйте! А Руслан дома?

— Здравствуй. Вышел в магазин. Скоро вернется, – от него пахнет алкоголем, но взгляд ясный. – Заходи, подожди его.

Я колеблюсь. Идти в чужую квартиру, к незнакомому мужчине?

— Я его отец, – словно прочитав мои мысли, добавляет он. – Виталий Степанович. Проходи, не бойся.

Видимо, мой инстинкт самосохранения окончательно дал сбой, потому что я киваю и переступаю порог квартиры. Виталий Степанович не выглядит пугающе, и я верю, что это действительно отец Руслана.

— Проходи в зал, не стесняйся.

Я разуваюсь и прохожу в небольшую, но уютную гостиную. Мой взгляд сразу падает на стену, на которой висит большая фотография в красивой рамке. Счастливая семья – молодая красивая женщина, сам Виталий Степанович, моложе и счастливее, и маленький Руслан, лет шести, которого я сразу узнала.

— Это ваша семья? – Я не могу оторвать взгляд от фотографии и подхожу ближе.

— Да, – отец Руслана садится в кресло, с тоской глядя на снимок. – Лет пятнадцать назад…

Я с любопытством разглядываю маму Руслана. Она была очень красивой – с темными волосами до плеч, ясными глазами и мягкой улыбкой.

— У вас очень красивая жена, – тихо произношу я.

— Красивая… – его голос наполняется болью. – Моя Танечка… Так мало пожила…

— Мне очень жаль, – я чувствую комок в горле. – Руслан говорил, что она умерла от онкологии. Примите мои соболезнования.

Виталий Степанович тяжело вздыхает и проводит рукой по изможденному лицу.

— Она болела, да… – с горечью произносит он, не отрывая взгляда от фотографии. – Но убил ее не рак…

Я замираю в недоумении, не понимая, что он имеет в виду. Но спросить не успеваю, так как в этот момент хлопает входная дверь.

В комнату входит Руслан с пакетом из магазина. В глаза сразу бросаются свежие, еще не до конца зажившие раны на лице и синяки. Увидев меня, он замирает в дверях.

— Что ты здесь делаешь? – ледяным голосом спрашивает Руслан, и я тут же горько жалею о своем безрассудном поступке…

Глава 17

— Привет… – слова застревают в горле, словно песок, пока я опускаю взгляд, не решаясь встретиться глазами с Русланом. Сердце колотится так сильно, что вот-вот проломит ребра.

— Я задал тебе вопрос, – его голос так холоден. Он, словно лезвие, режет воздух между нами. – Что ты делаешь у меня дома?

— Ребята, я пойду чайник поставлю, – вмешивается Виталий Степанович с натянутой улыбкой, видимо, решая немного разрядить обстановку.

Он берет пакет из рук сына и уходит на кухню, оставляя нас с Русланом наедине. Тишина между нами становится осязаемой. Мы остаемся один на один, и пространство вокруг сжимается до размеров крошечного пузыря, внутри которого только мы двое и наши невысказанные эмоции.