В этот раз по-настоящему - Энн Лян Страница 81

Я морщу лоб.

— Что? Почему?

— Ну, просто это очень сложно, разве нет? – Минжи выглядит удивленным, что мне вообще взбрело в голову спрашивать. Кэз рядом со мной притих, его челюсть напряглась. – Мы все время на съемках, у нас плотный график, и мы получаем либо слишком много, либо слишком мало внимания, и фанаты могут быть прекрасными в одних ситуациях и довольно… невыносимыми в других. И знаешь, проблема знаменитостей в том, что ты всегда получаешь от них лишь кусочек – часто даже не самый большой. Для большинства людей этого мало.

— Оу! – Теперь я вдруг вспомнила, где в последний раз видела лицо Кайгэ, – хотя лицо на самом деле принадлежало не ему, а его сестре Кайлинь, известной актрисе любовных драм. В прошлом году она печально прославилась связью с бухгалтером. Подробностей не помню, но их расставание вышло весьма неприятным и очень публичным.

— Но не волнуйся, – повторяет Минжи, и его усмешка становится шире. – Всегда есть исключения, и что бы ни делали вы двое, это явно работает.

Я выдавливаю слабый смешок. С опозданием на пару мгновений Кэз тоже смеется.

После окончания съемочного дня мы втроем располагаемся за угловым столиком чайной. Все здесь выкрашено в бирюзовые и розовые тона, а шикарное внутреннее убранство, судя по всему, выбрано исключительно с целью заманивать ванхунов – блогеров, которые обожают делать красивые фотки. Должно быть, это действует: все здешние посетители выглядят великолепно, а группа девушек, одетых все как одна в брендовые шмотки, беззастенчиво пялятся на Кэза с самого момента нашего появления. Я стараюсь не обращать на них внимания и мысленно фокусируюсь на тексте поста о сегодняшнем дне. Возможно, начну с описания костюмов, их текстуры при ближайшем рассмотрении, того, что чувствуешь, наблюдая, как твой парень разгуливает в традиционной одежде…

Минжи издает громкий вздох.

Я поднимаю глаза. Он вздыхает уже, наверно, десятый раз с тех пор, как ему принесли молочный бабл-ти с манго, а прошло всего пять минут (и две хихикающие стайки ванхунов).

Кэз приподнимает бровь:

— Что-то не так?

— Все в порядке.

— Ну ладно. – Кэз пожимает плечами и возвращается к изучению меню.

Рот Минжи открывается, потом захлопывается, выпятив губы. Проходит полминуты, прежде чем актер выпаливает:

— Ладно, ладно. Если вам правда нужно знать, думаю, я сделаю одолжение и просто во всем сознаюсь. И если вы хоть кому-нибудь расскажете об этом, я буду яростно все отрицать – но… я, возможно, нуждаюсь в паре советов насчет отношений.

— Что ж. Невероятное событие, – замечает Кэз, удобно откидываясь на спинку. – Прямо-таки историческое.

Минжи свирепо смотрит на него.

— Просто выслушайте меня, о’кей? Это насчет… есть один… один человек, я им интересуюсь уже с некоторых пор и часто вижу его…

— Кайгэ? – одновременно догадываемся мы с Кэзом.

На лице Минжи застывает выражение такого неподдельного шока, что мне почти стыдно за то, насколько это очевидно. Его глаза перебегают с Кэза на меня и на другие столики, которые сейчас пустуют.

— К-как… как вы узнали…

— Все знают, – говорит Кэз с некоторой иронией. – Буквально все. Гримеры, тот курьер, который приезжал в прошлый вторник, наш инструктор по верховой езде… – Он делает паузу и кивает головой в сторону владелицы кафе, которая, должно быть, лет на двадцать старше и тоже беззастенчиво пялится на него. – Держу пари на все мои сбережения, что даже она знает. Это, пожалуй, самый известный секрет на свете.