Дедушка влюбился - Юрий Поляков Страница 180

— Подделка. Когда пошел слух, видно, Аджубей раззвонил, на этом стали зарабатывать.

— А ты уверен, что твоя – подлинная?

— Уверен. Почти… Понимаешь, Хижняк сам хотел подсунуть ее Брежневу…

— Как?

— Очень просто. Он же служил в комендатуре Кремля, а Леонид Ильич был мужик простой, любил пожать руку простому человеку, расспросить о житье-бытье, даже приобнять…

— И что же?

— Не успел, комиссовали по здоровью. Тесть, как говорится, принял эстафету. Однажды он был близок к цели, его пригласили к Андропову на консилиум после того, как в него в лифте пальнула жена Щелокова. Но не вышло: после покушения охрану усилили. С Черненко Мстислав Егорович даже не пытался: сразу видно – не жилец. Зачем добро переводить?

— А Горбачев, Ельцин?

— С ума сошел? Ты представляешь, что могли натворить эти два предателя, получив пуговицу Сталина? Мы жили бы теперь в МДР…

— Где?

— В Московской Демократической Республике.

— Согласен. Погоди-ка, Шурин, я тебя правильно понял?

— Да, Сенсею не хватает только геополитической решительности и внутренней жесткости, чтобы обуздать пятую колонну, прежде всего евреев.

— И как же ты это сделаешь?

— Могу сказать, но учти…

— Знаю, знаю! Валяй!

— Ты хорошо помнишь фильм «Граф Монте-Кристо»? – прошептал он, перегнувшись через стол и положив руки на мои плечи.

— Еще бы… Раз десять смотрел.

— Там есть сцена, где малолетних воришек обучают ловкости рук на манекене, одетом как состоятельный господин, а к каждому карману прикреплен колокольчик, и надо достать кошелек так, чтобы ни один не звякнул.

— Хватит вздор молоть!

— Пошутил, пошутил… – Он сел на свое место и с удовлетворением допил пиво. – Посмотри в нагрудном кармане!

— Ловко! – Я двумя пальцами вынул оттуда пуговицу. – А дальше что? Тебя же близко к Сенсею не подпустят.

— Подпустят… – Шурин взял в руки свой айфон, поклацал по экрану и протянул мне.

Вот это да! Указ: «За выдающийся вклад в отечественное образование присвоить почетное звание “Народный учитель Российской Федерации” Шуринову Петру Федоровичу, преподавателю русского языка и литературы школы № 1529 имени А. С. Грибоедова Центрального административного округа г. Москвы».

— Офигеть! Я и не знал, что ты у нас такой заслуженный.

— Вы все, телевизионщики, самовлюбленные индюки. Интересоваться надо успехами однокурсников. Я заслуженным еще в 2002-м стал…

— Поздравляю от души!

— Спасибо! Вручать будет сам Сенсей в Кремле.

— Ты ненормальный! – только и смог вымолвить я.

— Я Егорычу перед смертью обещал.

— Когда церемония?

— Пока не уточняли. Хотели в День учителя, потом отменили. Сказали: ждите. Недельку придется в карантине посидеть. Здоровье лидера превыше всего! Вот Александр Миротворец не следил за собой, евреи его извели, и кончилось дело революцией. С нормальными преемниками у нас в России редко получается.

— Мне-то зачем рассказал?

— Ну, во-первых, посоветоваться…

— Не советую!

— Это я уже понял. А во-вторых, если меня застукают и закроют, скорее всего, в дурку, никому, конечно, ничего не объяснят. Ленке тоже. Но ты будешь знать и ей все расскажешь. Она поймет.

— Не уверен. Но ради чего, Петя, ради чего?

— Ради Отечества, Сева! Иначе нас сомнут.

— Ты идиот!