Голоса в комнате эхо - Влада Ольховская Страница 98

Алина не отрицала, что именно она настаивала на поездке. Ей это было важно для сохранения семьи: она, конечно, одобряла то, что Григорий много работает и щедро выдает ей деньги, но ее не устраивало то, что из-за этого он мало бывает дома. Поэтому любые выходные и праздники она старалась использовать для «объединения».

Новогодняя поездка до последнего была под вопросом, потому что после родов действительно прошло мало времени. Однако Алина проявила уже привычную упрямую жесткость, и Григорий все организовал меньше чем за неделю.

Отпуск проходил именно так, как она ожидала. Алина не сидела дома, она каталась на лыжах, ходила с мужем на свидания, старалась взять от дней, проведенных на курорте, как можно больше.

— И ваш врач это разрешил? – засомневалась Таиса.

— Моя докторка составила для меня анкету, по которой я должна была каждый день оценивать свое состояние. Не было ни одной причины торчать в четырех стенах, пока мой муж наслаждается жизнью!

И снова в голосе звенела злая гордость, говорившая больше, чем любые слова. Скорее всего, активный отдых давался Алине не так легко, как она пыталась показать. Но она хотела доказать и мужу, и миру, что способна справиться с чем угодно.

Она продолжала кормить ребенка грудью, однако для этого ей не требовалось возвращаться к младенцу несколько раз в день. Она просто сцеживала молоко – и в итоге днем за девочкой следила только няня, родители могли не видеть детей и восемь, и десять часов.

Именно этим воспользовался преступник. На дорогой курорт и правда не приезжали для того, чтобы сидеть в отельном номере. Днем большая часть постояльцев перемещалась на горнолыжные трассы, в зоне вилл почти никого не оставалось, и даже если несчастная няня успела закричать, ее все равно никто бы не услышал.

Преступник замел следы идеально. В домике не осталось никаких отпечатков пальцев, снежная пелена за окнами не сохранила следов, камеры, разумеется, были предварительно отключены. Никто не видел посторонних, и хотя свидетелей, готовых дать показания, хватало, они лишь запутали следствие.

В тот день Алина и Григорий катались на разных трассах – он выбрал вариант посложнее, она решила все-таки поберечь себя и предпочла пологий склон. Тело няни нашла приходящая уборщица, она подняла шум, вызвала охрану и администратора, уже они оповестили Григория, а он позвонил жене.

— Видите, что происходит? – презрительно усмехнулась Алина. – Я мать этого ребенка, мне они должны были сказать первой! Но им показалось, что логично говорить о серьезном с мужчиной. А я что? Сорвусь на рыдания, конечно же, женщины только это и делают!

Таиса ожидала, что она хотя бы сейчас, рассказывая о самом тяжелом моменте той истории, соскочит с любимой темы, но нет, Алина осталась верна себе. Однако это сейчас, а тогда она поддалась шоку, слишком велик был удар.

Алина не участвовала в поисках, да и в целом плохо запомнила первые сутки. В памяти шрамом закрепился лишь образ няни, лежащей в озере крови. Алине казалось, что это страшный сон, что скоро выяснится: муж решил вот так глупо ее разыграть. Сейчас няня поднимется, а малышку вынесут из соседней комнаты и передадут в руки матери!

Только сказочного финала у похищения не было. Ребенка не нашли до сих пор…