Убивать осознанно на краю земли - Карстен Дюсс Страница 37

Моя мысленная карусель пришла в движение. Это было нехорошо.

Прежде всего потому, что для предстоящего разговора требовалась ясная голова.

Я сосредоточился на тех тридцати метрах, которые мне еще оставалось пройти до консьержа, и постарался выполнить на этом отрезке простое упражнение по осознанности от господина Брайтнера:

«Если вы не можете остановить свою мысленную карусель, то хотя бы не придавайте ей значения. Вместо того чтобы раскручивать негативную карусель, установите рядом две позитивные. С жизнерадостной музыкой и яркими красками. Тогда карусель, которая не дает вам покоя, поблекнет на этом фоне, по крайней мере в краткосрочной перспективе».

Так, ладно. В двадцати пяти метрах от консьержа я представил себе первую мысленную карусель: ведь это красное пятно может быть вызвано не отсутствием пальца, а чем-то другим. Может быть, китаец принес консьержу спринг-роллы с красным соусом и палочки. Консьерж поскользнулся, проткнул одной из палочек руку, перевязал ее и по недосмотру макнул повязку в соус.

Маловероятно.

Но зато в пятнадцати метрах до консьержа я не впал в панику.

Следующая карусель: при регистрации китайца консьерж так обрадовался старому знакомому, что засуетился от радости и в суматохе запутался мизинцем в проводе от компьютерной мыши. А когда затем протянул китайцу руку, кабель поранил ему кожу на пальце.

Безусловно, и это было далеко от того, что я на самом деле подозревал.

Но все-таки позитивный результат имелся – создание двух альтернативных реальностей отвлекло меня от мысли об отрезанном пальце, так что я предстал перед консьержем без всякой паники.

В отличие от консьержа. Который пребывал в совершеннейшей панике.

— Мне пришлось сказать! Мне пришлось сказать! Пожалуйста, не делайте мне больно!

Для Вальтера подобные крики обычно работают как призыв немедленно сделать больно. Я сдержал его.

Саша при любых раскладах был парень рассудительный.

Сам я всеми силами пытался сохранять спокойствие. Лучше всего помогло бы вернуться к своей роли адвоката.

— Меня зовут Бьорн Димель. Я адвокат «S-Exclusive». Насколько я слышал, возникло недоразумение с гостем, к которому вы направляли мою клиентку?

— Недоразумение? Чокнутый узкоглазый отрезал мне мизинец ножницами для разделки дичи, когда я отказался сообщить ему название и адрес вашего агентства.

Саша шагнул вперед и сделал лучшее, что мог, дабы вытащить консьержа из петли паники.

— Извините, что перебиваю, но термин «узкоглазый» в этом контексте можно посчитать расистским.

Это сработало. Консьержа настолько озадачило Сашино замечание, что на какой-то момент он забыл о страхе.

Я вновь взял слово:

— Мы можем договориться называть этого господина китайцем?

— Это животное отрезало мне мизинец!

Одного моего взгляда на Вальтера хватило, чтобы консьерж притих.

— Итак, – я постарался отбросить жаркие эмоции и обратиться к фактам, – китаец, наверное, спросил, из какого агентства были эти эскортницы, верно? Вы отказались назвать агентство, и в результате вам отрезали мизинец. Примерно так все было?

— Он хотел отрезать мне и остальные пальцы. Поэтому пришлось ему все сказать.

Вальтер сделал шаг вперед:

— А я сказал, что переломаю тебе все пальцы, если ты скажешь ему.

— Однозначно эта альтернатива лучше, – заметил Саша.